Эмиграция 



Первая волна

                     "...и гордые музы России
                            незримо сопутствуют нам".

                                             Владимир Набоков


Империя рухнула. Клочья тумана
уносятся ветром и тают вдали.
Кто смог, тот уехал в далекие страны,
забрав по обычаю горстку земли.

А те, кто остался, исчезли бесследно, -
идею марксизма понять не сумев;
не выдержав голод, разруху и бедность,
не в силах вождей прославлять нараспев.

На родине новой хлеб скуден и горек.
И ты здесь не нужен совсем никому.
В окне – только крыши и маленький дворик,
да люди внизу, что тебя не поймут.

И здесь, вдалеке от советского рая,
от милых берез и отцовских могил,
без Родины – нет, не живя, прозябая,
молю об одном лишь: чтоб Бог нас простил...

P.S.

Когда в небе ясном и звездном
последний откроется путь,
ты сам все поймешь, только поздно.
Минувшего нам не вернуть. 

           
           
Вторая волна

                     "Позволь же, о родина-мать, 
                            В сырое, в пустое раздолье, 
                            В раздолье твое прорыдать..."

                                             Андрей Белый


Судьба разбросала по странам далеким.
А дома нас ждали Сибирь, лагеря.
К кому обратиться с мольбой иль упреком,
узнав, что вся жизнь была прожита зря?

Ведь выбора не было просто, поймите...
Во всем виновато то время, война.
И возгласы смерти стояли в зените.
И скорби рыдающей не было дна.

Вернуться назад было просто не в силах.
Хотелось согреться хоть чьим-то теплом.
Весь мир был в разрухе и братских могилах,
а здесь – магазины и бар за углом.

Но все же всех бóлей наверно больнее
тоска, (ностальгия) о том, что вдали.
Подумаешь, родина – домик в Сиднее,
да тысячи миль до любимой земли.

P.S.

Есть друг у меня, звать его – Шура.
Он часто любил повторять,
что главное в бабе – фигура,
на все остальное – плевать.

Да, время такое, цинично
мы к жизни относимся... Но!
Тебе что, совсем безразлично
что видишь ты, глядя в окно?

           
           
Третья волна

                     "Зачем, зачем тогда ты шёл 
                            До ручки, до конца, до края!.."

                                        Катерина Квитницкая

             
Как модно себя называть диссидентом
в стране дефицита, застоя, нужды.
Что б слава неслась по пяти континентам,
а в пыли веков оставались следы.

Но их голоса были здесь неуместны.
Не очень ценила их Родина–Мать.
Так что ж оставалось? Лишь быть неизвестным
и жить, как другие, - терпеть и страдать?

А Запад манил их, дразнил ярким блеском,
шептал сладострастно, свободу сулил.
Ну, сколько ходить можно строем советским
без чувств, без души, выбиваясь из сил...  

Они получили всё то, что хотели,
не зная размеров реальной цены.
Так что же вам снится, когда вы в постели,
солдаты слепые холодной войны?

P.S.

Я тоже уехал бы с вами,
испив боль и горечь до дна.
Но как не меняйся местами,
а все же – тюрьма ведь одна.

           
           
Четвертая волна

               — Ну что ж, смывайся. Черт с тобою.
                        Россия, братец, не вокзал!

                                      Глеб Горбовский


Они уезжали навечно,
не бросив и взгляда назад.
Они покидали беспечно
Россию, Москву, Ленинград.

И было им лучше – где больше
заплатят за каторжный труд, -
в Америке, Дании, Польше...
Где доллары – там и уют.

А Родина, вера и совесть, -
какие пустые слова.
Они пишут личную повесть
и прошлое помнят едва.

Обжившись на новеньком месте,
устроив – где можно семью,
они собираются вместе,
чтоб молодость вспомнить свою.

И до бесконечности спорят
о том, где им лучше жилось;
укрывшись от дальнего горя,
приветствуют горечь и злость.

Не спорьте о жизни пропавшей,
её все равно у вас нет.
Завидовать участи нашей
придется вам множество лет.

Кипите от собственной злости
и спорьте всю ночь напролет.
Прощайте, случайные гости!
Россия без вас проживет.

P. S.

Я все это видел и знаю,
как страшно об этом писать.
Была бы дорога иная,
всё было б иначе... Как знать...

           
2010